Выпускник Самарского юридического «оспорил» 400 тыс. руб. у ФСИН

Верховный суд РФ 13 августа, без преувеличения, в пух и прах разнес правовую позицию системы Минюста России, удовлетворив жалобу выпускника Самарского юридического института ФСИН, который по окончании полного курса расторг контракт со службой и не согласился с методикой расчетов при возмещении расходов, затраченных на его обучение.

Журналист Legal.Report стал свидетелем яркого выступления председательствующего судьи, в ходе которого был помянут глава Минюста, а в пример ведомству – весьма смутив представителя службы исполнения наказаний – показательно поставили МВД и Минобороны.

Материалы дела представила судья ВС РФ Татьяна Вавилычева, из доклада которой следовало, что УФСИН по Самарской области решило взыскать с Романа Горшкова средства, потраченные на его обучение в региональном ведомственном вузе. В иске уточнялось, что студентом данный гражданин являлся в период с августа 2009 года по июль 2014 года. С ним был заключен контракт, предполагавший пятилетнюю службу Горшкова в уголовно-исполнительной системе по окончании курса. Однако выпускник-юрист продержался в системе недолго: сначала ему на пару лет предложили должность инспектора отдела по режиму на период декретного отпуска основного сотрудника, а позже еще один краткосрочный контракт на работу в соседнем с Самарой городе Чапаевске – и вновь на время отпуска по уходу за ребенком предыдущего работника. Горшков счел нецелесообразным свой переезд и написал рапорт об увольнении по собственному желанию.

УФСИН удалось убедить Советский суд Самары в том, что экс-курсант не исполнил взятые на себя обязательства, и 6 сентября 2017 года исковые требования ведомства были удовлетворены в полном объеме – с Горшкова пропорционально неотработанному времени было взыскано 417 754 рубля с копейками. Сюда было включено полученное им за соответствующий период котловое и денежное довольствие, а заодно и стоимость форменного обмундирования. Апелляционным определением коллегии по гражданским делам Самарского облсуда от 4 декабря того же года это решение оставлено без изменения.

Горшков подал кассационную жалобу в ВС РФ, полагая судебное постановление незаконным, так как оно принято с существенным нарушением норм материального права в части определения состава расходов на обучение. После изучения ее доводов высшая судебная инстанция истребовала дело и установила наличие оснований для его рассмотрения. Судья Вавилычева, завершая свой доклад, отметила, что состав расходов, подлежащих возмещению Горшковым в подобной ситуации, «контрактом не определен». А суд первой инстанции, определяя этот состав (котловое плюс денежное довольствие плюс цена обмундирования), указал: данные расходы «понесены в связи с обучением, а не в связи с исполнением обязанностей сотрудника уголовно-исполнительной системы».

Поскольку извещенная надлежащим образом третья сторона, Самарский юридический институт ФСИН, в суд не явилась, дело решили рассмотреть при имеющейся явке. Председательствующий судья, один из опытнейших цивилистов ВС РФ Людмила Пчелинцева, предложила высказаться представителю Горшкова – Олесе Андриевской. Та поддержала доводы кассационной жалобы, заявив, что при определении суммы расходов необходимо учитывать: деньги, выплаченные в качестве денежного довольствия, никак нельзя отнести к расходам на обучение. Такая выплата сама по себе прописана в законе о социальных гарантиях сотрудников ряда федеральных органов исполнительной власти (закон 283-ФЗ от 30 декабря 2012 года). Вместе с тем Андриевская ссылалась на приказ ФСИН России от 2013 года №269, в котором утвержден порядок обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, и на положения ст. 137 ТК РФ, в которой случаи, подобные рассматриваемому, «не поименованы». Суд вместе с тем никак не учел, что при определении стоимости обмундирования необходимо учитывать процент его износа.

– Выводы суда о том, что выплаченное ответчику денежное содержание является одной из составных частей затрат на обучение, не соответствует обстоятельствам дела, – утверждала Андриевская. – Денежное довольствие сотрудников является основным средством их материального обеспечения. А Горшков стал именно сотрудником уголовно-исполнительной системы…

– Нам все ясно, вы мотивировали свои доводы, – ободряюще заметила Пчелинцева.

– Мы также хотим сказать о приказе Минюста России №376 об утверждении положения о денежном довольствии сотрудников системы, – продолжила представитель, – а также о федеральном законе №342 от 2011 года о службе в органах внутренних дел, этот закон также применяется в отношении сотрудников – о чем говорит практика Верховного суда.

– Закон этот не применяется! – заявила председательствующая судья. – А применяется положение о службе в органах внутренних дел. Если вы апеллируете к этому закону, то какую его норму полагаете необходимым применить?

– Хотим применить порядок, что взыскивается… – немедленно нашлась Андриевская.

– Ах, порядок, понятно, – примирительно сказала Пчелинцева. – Кстати, решение суда исполнено в отношении Горшкова?

– Да, все передано в ФССП, уже идут удержания с банковской карты.

– А вы, – обратилась судья к самому Горшкову, – поясните суду, почему прекратили службу по собственному желанию? Вроде закончили все, приступили к службе, все шло, как надо… Что случилось?

Выпускник юрвуза посетовал, что после того, как он решил поспорить насчет целесообразности перевода в отстоящий от Самары примерно на 30 километров Чапаевск, его «попросили» написать заявление.

– Каждый день я работал с мыслью о том, что женщина эта может выйти из декрета – и меня пихнут непонятно куда! – рассказал Горшков. – А служба в изоляторе, кстати, гораздо тяжелее, чем в тюрьме. Контингент постоянно обновляется, надо нарабатывать связи, опыт, это не как в зоне, где…

– Где все сидят по десять-пятнадцать лет, да?! – в один голос воскликнули Пчелинцева и вступившая в диалог судья Светлана Фролкина.

По словам ободренного такой поддержкой Горшкова, в итоге с его карьерой «все так и произошло» – отпуск основного сотрудника закончился, и ему предложили «опять декретную должность, да еще в маленьком городке». Начались «недопонимания», з%D